17. Бегство с Сахалина


 

Мы искали KAL 007 cреди нарушителей над Камчаткой и Сахалином и не нашли его. В главе 14 я предположил гипотетический курс, который мог его туда и не привести. Этот путь мог пересечь Берингов пролив где-то к северу от R-20, официального маршрута KAL 007, но значительно южнее курса, которому он следовал, судя по официальному отчету о событиях. Этот гипотетический курс мог пройти его над Курилами, Охотским морем, проливом Лаперуза и затем на юг над Японским морем по направлению к Ниигате, без захода в воздушное пространство Советского Союза.

До тех пор, пока KAL 007 не вошел в сферу действия токийского контроля в аэропорту Нарита, у нас нет прямых доказательств, что он летел этим маршрутом. Но достойно упоминания, что ранние американские и японские новости, основанные на правительственных источниках, указывали на то, что самолет пролетел над Курилами к югу от Камчатки. В главе 3 я сослался на статью «Майничи Симбун» в номере от 1 сентября 1983 года, в которой утверждалось именно это. На первой странице «Нью-Йорк Таймс», в номере от 2 сентября, приведена карта, на которой показано, как KAL 007 проходит над Курилами. В ней дается ссылка на источники в Государственном Департаменте и Федеральном авиационном управлении.

Также имеет отношение к делу замечание, которое было сделано после катастрофы KAL 007 высокопоставленным офицером, специалистом по радиоэлектронной войне американских военно-воздушных сил. Этот офицер сказал, что США недавно потеряли самолет ВВС, который имитировал гражданский авиалайнер. Первоначально я полагал, что это замечание должно было относиться не к KAL 007, а к другому случаю. Но сейчас я уже не столь уверен.

Мы искали корейский авиалайнер в месте встречи с RC-135 и над Камчаткой и Сахалином, но не нашли. Но у нас есть свидетельство, что американский военный самолет с членами экипажа, знающими корейский, находился на траверзе контрольной точки NABIE и гораздо дальше к северу вне сферы действия антенны VHF на острове св. Павла. Более того, если KAL 007 не встречался с RC-135 к юго-востоку от острова Карагинский, то это делал другой самолет, предположительно американский, военный, направляющийся на юго-запад. Если учесть факторы времени и расстояния, то можно допустить, что это был тот же самый самолет который, находясь к северу от NABIE, связывался с KAL 007 на корейском. Если KAL 007 не пролетал над Камчаткой и Сахалином, то это сделали американские военные самолеты, один из которых, с членами экипажа, знавшими корейский, имитировал KAL 007 и был сбит.

Рисунок 20, часть 1

Рисунок 20, часть 2

Рис. 20. Гипотетический маршрут KAL.

Достойно упоминания и то, что среди документов, переданных президентом Ельциным в октябре 1992 года родственникам погибших американцев и представителю корейского правительства находилась карта, которая, как было сказано, основывалась на данных черного ящика корейского самолета. На карте показан самолет, вылетевший из Анкориджа, пересекающий Берингово море и Камчатку, и завершающий полет в центре острова Сахалин. Курс в целом схож с маршрутом, описанном в официальном отчете о событиях, который выдвинули американские и русские. На этой карте показан самолет, вылетающий из Анкориджа в 12:58 GMT а не в 13:00 GMT, как на самом деле вылетел KAL 007. Это также мог быть самолет, оборудованный средствами радиоэлектронной борьбы, в этом случае он скорее всего вылетел с авиабазы военно-воздушных сил Элмендорф, а не из международного аэропорта Анкориджа. Вместе с этой картой Ельцин передал советскую расшифровку черного ящика DFDR, из которой ясно, что самолет летел постоянным курсом 249 градусов. Маршрут на карте соответствует этому выводу. Почему военный самолет летел через Берингово море, используя это относительно неэффективное средство навигации, если только он не хотел имитировать KAL 007.

Если самолет, который имитировал KAL, летел тем же курсом, что и настоящий KAL, вполне резонно предположить, что KAL 007 летел каким-то другим курсом. На траверзе NABIE он контактировать со своим имитатором. В любом случае, он обменивался сообщениями по-корейски с самолетом, возможно военным, который находился заметно дальше к северу. Тот факт, что KAL 007 сообщил о сильном ветре вдоль северного курса, как это описано в официальной истории, не является доказательством того, что он а самом деле на этом курсе находился. Нет также доказательств, доказывающих, что он там был.

Как я говорил ранее, отчеты о позиции KAL 007, хотя и вводящие в заблуждение относительно географического положения самолета, c точки зрения времени и расстояния должны очень близко соответствовать тем, которые содержались в плане полета. Если они не совпадали, после гибели самолет не смог бы вовремя выйти на официально назначенный курс у Ниигаты. Начиная с пролета над контрольной точкой BETHEL когда самолет находился над сушей и под наблюдением радара контрольные точки, о которых он сообщал, были просто точками с определенными координатами в океане. Гражданские авиадиспетчеры не могли проверить доклады самолета о проходе этих точек. Тем не менее, NIIGATA имела свои отличия.

Капитан Чун легко мог выяснить, где он находился. Держа курс на NIIGATA, что он сделал на самом деле, и о чем мы знаем это по положению обломков и радиообмену, он, без сомнения, надеялся вновь выйти на официально назначенный курс не допустив, чтобы кто-нибудь понял, или, может быть, точнее сказать, был способен доказать, что он когда-либо сворачивал с курса. Но контрольная точка NIIGATA, как и BETHEL, находилась на суше и была оснащена радаром. Прибытие самолета в эту точку было бы просто записано на пленку. В соответствии с полетным планом, KAL 007 должен был прибыть туда в 19:30 GMT. Если бы KAL 007 не погиб, так, возможно, и произошло бы.

Основываясь на обязательном времени прибытия, если мы отложим назад от Ниигаты расстояние 485 морских миль, соответствующем маршруту KAL 007 между NOKKA и NIIGATA, мы с удивлением увидим, что если бы экипаж KAL 007 оказался прав в своих оценках, самолет мог бы прибыть в точку, где, как говорит американская версия, истребитель 805 выпустил свои ракеты в 18:26:20. Если капитан Чун хотел пройти контрольную точку NIIGATA в 19:30, а я предполагаю, что он действительно этого хотел, тогда во время прохода контрольной точки NOKKA в 18:26 он мог бы оказаться над проливом Лаперуза, над международными водами между Японией и Сахалином. Он не оказался бы над Сахалином, где его мог бы сбить советский перехватчик. Еще раньше я добыл ясные доказательства того, что перехват 805-го, как и другие события, зафиксированные на пленке Киркпатрик, произошли во время второго часа, в 19:26 GMT, а не в 18:26. Я понял также, что факты, говорящие о полете KAL 007 к югу по направлению к Ниигате доказывали еще раз, что целью истребителя 805 был не корейский авиалайнер, а другой самолет. Или KAL 007 не пролетал над Сахалином или же он прошел над островом за 9 минут до любого другого самолета, что, мягко говоря, невероятно. Если бы он сделал это, то был бы сбит прямо на месте.

Те же самые умозаключения применимы к Камчатке и указывают на то, что KAL 007 должен был покинуть Камчатку за 9 минут до того, как об этом было объявлено прежде, то есть, в 16:59 GMT, а не в 17:08 GMT. И в этом случае, или KAL 007 пересек Камчатку за 9 минут до других самолетов, или он не пересекал Камчатку вообще.

Передача KAL 007 в 18:27 GMT обычно считается его последней и являющейся сигналом бедствия. В главе 7 я показал, что она не была ни тем, ни другим. Передача началась как обычный доклад о местоположении, а именно о том, что KAL 007 прошел контрольную точку NOKKA в 18:26, что и предусматривалось по плану. После первоначального вызова Токио, и после получения разрешения Токио продолжать сообщение, - все это было обычной процедурой и ничего подобного не было бы сделано в аварийной ситуации, - сообщения авиалайнера стали почти неразборчивым. Это произошло потому, что передача оказалась непреднамеренной и отражала звуки в кабине самолета.

В тот самый момент, когда пилот собирался доложить о своей позиции, по громкоговорителю, установленному в кабине KAL 007 послышалось сообщение о тревоге на той частоте, на которую было, по всей очевидности, настроено радио авиалайнера. Корейский пилот, застигнутый этой неожиданностью, не понял, что было сказано, потому что он говорил в это время с Токио, и, скорее всего, попросил своего собеседника повторить сообщение, но забыл сменить частоту. Вот почему слова записанные включенным микрофоном, оказались на пленке Нарита: «Повторите условия…» и «Кровавая баня... очень плохо».

Три минуты спустя, в 18:30:05 GMT на назначенной частоте KAL 007 передал одно только слово «Roger» [«понял» или «хорошо» – Е.К.]. Знал ли капитан Чун, что его радиопередатчик был все еще настроен на частоту Токио? С этого момента он больше не отвечал на вызовы Токио и продолжал лететь к Ниигате, имитируя выход радио из строя.

Официальное объяснение того, почему передача KAL 007 в 18:27 прекратилась на полуслове, заключается, конечно же, в том, что советский перехватчик 805 выпустил в авиалайнер ракету в 18:26 GMT. Тем не менее, мы видели, что КAL 007 погиб не у берегов Сахалина, а в 400 милях к югу, у побережья Хонсю; что предположительное сообщение в 18:26 GMT истребителя 805 «Пуск произвел» было сделано в 19:26 GMT, а не в 18:26 GMT и что целью 805-го не мог быть, таким образом, корейский авиалайнер. Мы видели также, что в 18:30:05 KAL 007 передал слово «Roger», и что он сделал два коротких сообщения, первое в 18:52 KAL 015 и второе началось в 19:09 KAL 050.

Рисунок 21

Рис. 21. KAL 007 мог вообще не пролетать над Сахалином. Положение самолета к северу от Ниигаты, где он погиб и скорость, которую он держал, чтобы добраться туда вовремя, предполагает, что он прошел над проливом Лаперуза и мог не пролетать над Сахалином.

Тот факт, что последние передачи (19:09, 19:10 GMT) были записаны в аэропорту Нарита наземным контролем показывают, что в то время KAL 007 находился на такой высоте и гораздо дальше к югу, чтобы оказаться в пределах зоны видимости из Токио. Эти передачи, вполне распознаваемые логически, на слух и посредством анализа голосовых отпечатков указывают на то, что капитан Чун собирался оставить Токио в неопределенности где он находился до того, как вновь не вышел на официально назначенный маршрут у Ниигаты. Именно поэтому на своем пути на юг от Сахалина KAL 007 не использовал транспондерный код, который он должен был использовать – 2000 в режиме «C», - как гражданский самолет, приближающийся к воздушному пространству, контролируемому японскими радарами со стороны океана, - но скорее всего подражал транспондеру KAL 015.

В Токио, судя по действиям авиадиспетчера, наблюдали два самолета на экране радара, идущих по направлению к Ниигате. Оба самолета просили доложить о прохождении контрольной точки NOKKA около часа назад, но только один из них – KAL 015 находился на назначенном ему маршруте через Тихий океан. Диспетчер не мог идентифицировать два эха на своем радаре. Он подозревал, что они принадлежат двум корейским самолетам, которые должны были лететь по одному и тому же маршруту с несколькими минутами разницы. Тем не менее, он потерял радиоконтакт с KAL 007 и, когда он попросил KAL 015 изменить транспондерный код, оба эха реагировали на этот запрос одинаковым образом. Диспетчер просил KAL 015 изменить транспондерный код три раза и в быстрой последовательности и все равно не смог разрешить загадку, в то время как даже однократного изменения транспондерного кода достаточно для того, чтобы идентифицировать любой нормально ведущий себя самолет.

Тем временем, действуя в соответствии с правилами, токийский контроль попросил другие самолеты, находящиеся поблизости от KAL 007 постараться с ним связаться. В 18:54:48 GMT KAL 007 ответил кодом и на корейском, на вызов KAL 015. KAL 015 ответил «Roger», показывая, что он понял и не стал вызывать вновь. Он также не смог проинформировать Токио, что смог связаться с KAL 007. Было 19:06:30 GMT (04:06:30 по токийскому времени, 06:06:30 по сахалинскому), начало второго часа битвы над Сахалином, идущей дальше к северу. В течение прошедших 39 минут с момента прерванного сообщения в 18:27 GM, KAL 007 не отвечал на вызовы из Токио.

Через полчаса после того, как авиалайнер перестал отвечать на запросы, центр управления полетами должен был объявить о наступлении INCERFA, фазы неопределенности, которая предполагает, что самолет, с которым была потеряна связь, летел нормально и следовал своим курсом. Для KAL 007 INCERFA была объявлена в 18:56 GMT, через полчаса после ETA самолета в точке NOKKA, когда он не смог завершить вызов Токио, рапортуя о прохождении этой контрольной точки. Из-за задержек на телетайпе, фаза INCERFA не наступила до 19:05 GMT. Когда INCERFA вступает в силу, маршрут самолета стремятся обезопасить и, если необходимо, маршрут других самолетов меняется так, чтобы избежать возможного столкновения. Именно так было проделано с KAL 050. В 19:12:55 KAL 050 попросил разрешения двигаться в «направлении NOHO». Диспетчер в Токио ответил:

KAL 050, ожидайте приказа двигаться в направлении NOHO вследствие того, что у нас объявлено движение в режиме INCERFA из-за самолета вашей авиакомпании, выполняющего рейс 007. Он следует на высоте FL300.

Согласно процедуре INCERFA диспетчер в Токио должен был предположить, что KAL 007 все еще нормально летел на высоте FL350 и попросил KAL 050 подняться на высоту FL390 прежде чем разрешил ему следовать «по направлению к NOHO», так, чтобы сойти с предполагаемого полетного маршрута KAL 007.

В 19:07 GMT или лишь две минуты после того, как INCERFA вступила в действие, в диспетчерском центре аэропорта Нарита зазвонил телефон.

- Это Сектор Один. Вам звонили из Спасательного центра?
- Нет!

В контексте процедуры гражданской авиации в этот момент ничего еще не оправдывает звонок из Спасательного центра. Обычно это происходит только гораздо позже. После INCERFA наступает фаза ALERFA или фаза тревоги, во время этой фазы руководители гражданской авиации готовят операции по поиску и спасению (SAR), которые начнутся во время бедствия, или стадии DETRESFA. В случае с KAL 007 ALERFA была объявлена в 19:22 GMT и DETRESFA в 20:50 GMT. Примечательно, что Сектор Один в это же время спросил о звонке из Спасательного центра. Спасательный центр являлся составной частью JMSA, японских морских сил самообороны, которые не получили уведомление о DETRESFA до тех пор, пока она была объявлена контрольным центром в 20:50 GMT. Но без сомнения, сведения о том, что в районе Сахалина происходит что-то необычное, уже распространились повсюду.

Через несколько секунд после телефонного звонка, сделанного Сектором Один, KAL 050 удалось связаться с KAL 007 и передать ему сообщение от токийского контроля, который просил связаться с Токио на частоте 118.9 MHz («one one eight decimal nighner»), как объясняется в главе 7. Затем, в течение трех минут они говорили между собой по-корейски. Очевидно, KAL 007 не хотел, чтобы кто-нибудь знал о том, что он ответил на вызов. Кажется, что он разрывался между двумя крайностями – желанием максимально сократить объем радиопереговоров и желанием успокоить другие экипажи KAL, которые пытались с ним связаться.

Как мы уже видели в главе 7 KAL 007 не связался с Токио, как ему было предложено сделать через KAL 050. Возможно, кроме вызовов KAL 015 и KAL 050 в 19:13 GMT, передачи KAL 007, адресованные KAL 050 в 19:09 и 19:10 были последними. Мы не знаем точно, когда он погиб. Должно быть это произошло примерно в следующие 20 минут, до того, как он смог идентифицировать себя Токио и сообщить о прохождении контрольной точки NIIGATA. Пройдя идентификацию на японском гражданском радаре он безусловно смог бы избежать уничтожения. Я нашел обломки лайнера на берегах Хонсю очень далеко к югу, у Мураками, всего в 25 морских милях от Ниигаты. Если Мураками расположен на траверзе точки катастрофы, KAL 007 в момент катастрофы находился менее чем в 4 минутах от контрольной точки и (учитывая время для составления и передачи доклада о позиции) в 6-7 минутах от своего спасения.

Над Японским морем, неподалеку от Ниигаты KAL 007 находился, без всякого сомнения, в одиночестве. В море, не так далеко от него, находился фрегат ВМС США «Баджер» и возможно, другие суда, например, «Эллиот». Согласно советским данным, «Баджер» выполнял миссию по сбору разведывательной информации «у Владивостока». Но Ниигата, географически, является самым близким портом Японии по отношению к Владивостоку, их разделяет только Японское море. Иначе говоря, сказать «у Владивостока» - то же самое, что и «у Ниигаты». И в небе в 19:13:54 GMT находился американский самолет, FB 650 военно-морского флота США, который летел под управлением гражданского контроля и которому было сказано, что помощь с использованием радара прекращена. Самолет попросил разрешения опуститься на высоту FL190, и обозначил приблизительное время прибытия в контрольную точку KADPO как 19:27, через 13 минут.

По всей вероятности в небе, неподалеку от Ниигаты, находился другой самолет. Японский самолет – охотник за подводными лодками P2J патрулирует японское побережье круглосуточно, 365 дней в году. Немного ранее, той же ночью, Северное командование японских воздушных сил самообороны было приведено в состояние DEFCON 3, на один уровень ниже всеобщей мобилизации. Семьдесят два истребителя, половина находдящихся в строю активных истребителей японских воздушных сил, были собраны на авиабазе в Читозе. На более низком уровне тревоги, две пары истребителей обычно поднимаются в воздух и следуют в район, в котором разворачиваются какие-то тревожные события. На этот раз, ввиду сумятицы в небе над Сахалином, в воздух могли подняться один или два эскадрона по 12 самолетов каждый. Если судить по обычной процедуре JASDF, согласно которой истребители поднимаются в воздух в ответ на появление самолетов, идентифицированных как враждебные системой «Бадж», некоторые из этих 72 истребителей перед посадкой в Читозе могли участвовать в миссиях, поднявшись в воздух со своих собственных баз. К ним мы должны также добавить американские истребители, которые были подняты в воздух с авиабаз США Мисава и Йокота.

На высоте KAL 007 в течение еще нескольких минут стояла ночь: рассвет начинался в 04:16 по местному токийскому времени или в 19:16 по GMT. В 19:14:56 GMT два диспетчер в Токио в надежде идентифицировать радарное эхо KAL 015 попросил его еще раз сменить транспондерный код и изменить курс на 35 градусов (с 240 на 280) «для подтверждения». Это сработало. Идентифицировав KAL 015 Токио приказал ему продолжать следовать «по направлению к Ниигате».

В 19:28:50 GMT FВ 650 сказал Токио, что достиг контрольной точки KADPO, отменил план полета по приборам (IFR) и перешел на радиосвязь с использованием военных каналов. FB 650 начал затем патрулирование над самой водой. Но почему он патрулировал на сверхмалой высоте? И что он искал? Контрольная точка KADPO расположена над Японским морем, к северу от Ниигаты. Она также находится на кратчайшем пути от Сахалина. Тот факт, что район KADPO имел в случае KAL важное значение, соответствует тому, что через две недели 13 сентября 1983 года две пары японских истребителей были посланы на перехват советских самолетов над KADPO. Значение этого подчеркивается тем, что JDA привлекло к этому случаю внимание международной прессы.

В чем заключалась миссия FB 650? Мы впервые слышим как он вызывает Токио в 19:13:54 GMT, сообщая свое ETA в KADPO. Это примерно cоответствует самому раннему времени, когда KAL 007 мог быть уничтожен, что, скорее всего, произошло несколькими минутами ранее. У токийского диспетчера были свои сомнения относительно идентичности KAL 015 до 19:16:23 GMT, когда он приказал ему лететь "по направлению к Ниигате". Его неуверенность относительно идентичности KAL 015 могла быть разрешена тем, что радарная отметка KAL 007 просто исчезла с экрана. Или, возможно, это могло быть связано с тем, что KAL 007 не мог лететь по тому маршруту, который был назначен ему диспетчером. Этот маршрут мог только удалить его от Ниигаты, которой он намеревался достичь точно по расписанию.

Самолет FB 650 военно-морских сил США, таким образом, направлялся в точку KADPO до того, как KAL 007 встретился со своей все еще неизвестной Немезидой. Откуда FB 650 мог знать, что на поверхности воды может находиться нечто, представляющее интерес? И что это могло бы быть? Или, в то время как FB 650 следовал в KADPO, было ли его задание изменено после получения информации о катастрофе?

Кажется, что радиомолчание KAL 007 не слишком взволновало KAL 015. Когда Токио контроль попросил KAL 015 связаться со своим компаньоном, его попытки не оставляют впечатления срочности, и, как будто не взволнованный этим вопросом, KAL 015 ни разу не спросил токийский контроль о том, где именно находится 007. Но, однако, оба капитана авиалайнеров были друзьями. Во время службы обоих пилотов в корейских ВВС капитан Парк, пилот KAL 015, был командиром эскадрильи, в которой служил Чун Бун-Ин. Что могло случиться с этой дружбой в одночасье, или, может быть, Парк считал, что его другу не угрожает никакая опасность? Хладнокровие, граничащее с равнодушием, которое продемонстрировал командир KAL 015 по отношению к KAL 007 достигает своего пика в 19:44:40 GMT, когда Токио вызывает 015, чтобы сказать, что у них все еще нет связи с 007 и спрашивает Парка, смог ли он связаться с 007? KAL 015 отвечает на это сухо: «Cвязи нет. Говорит KAL 015». И затем, прощаясь с токийским диспетчером, прежде чем связаться с контролем в Тэгу, KAL 015 делает любопытное прощальное замечание: «Take it easy» - «Не принимайте близко к сердцу».

На первый взгляд это замечание кажется бессердечным. Тем не менее, оно может показать, что KAL 015 предполагал в то время, что KAL 007 больше не подвергался опасности и спокойно летел по направлению к Сеулу. Капитан Парк мог думать, что Чун хотел сохранять радиомолчание на всем остальном пути в Сеул.

Рисунок 22

Рис. 22. Контрольная точка KADPO, где FB 650 начал свое патрулирование на малой высоте и рядом с которой я обозначил место падения KAL 007. Подпись, сделанное агентством ЮПИ к этому рисунку гласит: «Японские истребители были подняты по тревоге 13 сентября 1983 года для того, чтобы отогнать два советских бомбардировщика и два самолета-разведчика, которые пролетели в 100 милях от японского побережья, вскоре после того, как советские военные суда завершили маневры в Японском море, где был сбит корейский авиалайнер».

Напротив, KAL 050 который, как кажется не подозревал о странных действиях KAL 007, был искренне озабочен местонахождением 007. В 19:42:33 GMT 12 минут после того, как KAL 007 не доложил о проходе Ниигаты, KAL 050 спросил Токио контроль имеют ли они какие-то новости о 007:

TOKIO CONTROL, THIS IS KOREAN AIR XERO FIVE ZERO. DID YOU CONTACT, AH, RADAR CONTACT, ZERO ZERO SEVEN NOW?

Токио, конечно же, ответил, что новостей нет.

Что же произошло с KAL 007 между 19:12 и 19:30 GMT? Самолет был вне досягаемости советских перехватчиков, так что их атака к северу от Ниигаты кажется маловероятной. Катастрофа в результате повреждений, нанесенных советскими истребителями во время схватки над Сахалином также кажется маловероятной. KAL 007 обменивался обычными, хотя и загадочными сообщениями с другими самолетами KAL намного позже после того, как он пролетел над Сахалином. Он не послал ни одного сигнала бедствия и ни разу не сообщал о каких-либо проблемах. Корейский авиалайнер исчез внезапно, за несколько минут до прохода над Ниигатой, без всяких явных причин.

Среди нескольких вещей, которые могли бы с ним произойти, две можно предположить по аналогии и благодаря тем фактам, которые были выявлены в ходе моего расследования. Первое, авиалайнер был сбит американцами, решившими что это советский самолет, решивший совершить возмездие за то, что произошло севернее. Или он был сбит японцами, решившими, что это советский самолет, угрожающий втянуть Японию в углубляющийся вооруженный конфликт.

 

Синдром крейсера «Винсеннес»

Мог ли KAL 007 быть уничтоженным по ошибке, при тех же самых условиях, которые привели к уничтожению иранского аэробуса экипажем крейсера военно-морских сил США «Винсеннес»? Критики этой теории могут заметить, что Боинг 747 является большим самолетом и был бы немедленно опознан на радаре. Как можно спутать гражданский авиалайнер с атакующим военным самолетом? Трагическая смерть 293 пассажиров на борту иранского аэробуса показывает, что это вполне возможно. Капитан «Винсеннес» Роджерс отдал приказ об уничтожении самолета, полагая, что это F-14, атакующий его судно. «Винсеннес» был оборудован радарной системой распознавания «Аэгис», наиболее современной в американском флоте, то есть, иными словами, наиболее совершенной в мире.

Аэробус только что вылетел из гражданского аэропорта в Бендер-Аббасе. Хотя это был иранский самолет, поднимавшийся в воздух с иранского аэродрома, он вел все переговоры с диспетчерским центром по-английски. «Винсеннес» принимал эти переговоры в реальном времени и знал, что взлетающий самолет был гражданским авиалайнером. Самолет затем стал медленно набирать высоту над Персидским заливом, центром международных авиамаршрутов. Он вел себя как гражданский авиалайнер и ничто в его поведении не угрожало военному судну. Все угрозы реализовались лишь в мозгу капитана Роджерса и он отдал приказ открыть огонь по самолету. Его суждение было вызвано страхом возмездия за предшествующие атаки крейсера на иранские патрульные катера. Хотя самолет в небе был большим, мирным гражданским авиалайнером, капитан Роджерс видел маленький и агрессивно настроенный F-14. Даже хотя радар и показывал, что самолет набирает высоту обычным образом, Роджерсу показалось, что он начинает пикировать прямо на судно. И когда радар показал, что самолет устойчиво следует по международному маршруту, он подумал, что самолет повернул и направляется прямо на судно. Когда аэробус находился в двадцати милях, Роджерс приказал выпустить ракеты, уничтожившие всех находишихся на борту.

Американское военное присутствие в Японии было значительным, и представлено военно-воздушными базами в Мисава и Йокота и военно-морской в Ацуги. В то время, когда был сбит KAL 007, американские самолеты, не участвовавшие в битве над Сахалином, находились в воздухе, а суда – в море. Был ли KAL 007 жертвой синдрома крейсера «Винсеннес»? Обстоятельства были вполне схожими: коммерческий авиалайнер находится в небе вскоре после произошедших поблизости действий, связанных с применением оружия. Система обороны, которая опасается ответного удара, распознает приближающийся самолет как угрозу. Гражданский самолет принят за атакующую цель, хотя более трезвые умы легко идентифицировали бы его как гражданский авиалайнер.

 

Японский летчик?

24 марта 1991, через день после того, как телекомпания «Асахи Телевижн» показала субботнюю программу «The Scoop», посвященную KAL 007, она получила ряд звонков от зрителей. Среди них был один анонимный звонок, сделанный человеком, который заявил о том, что знает, как был уничтожен корейский авиалайнер. «Все ваши истории – чепуха. В то время я служил в воздушных силах самообороны и моя часть размещалась на авиабазе Читозе на Хоккайдо. Мы сами его и сбили. Я знал пилота, который выпустил ракету. Он вышел в отставку и сейчас работает водителем такси».

Этот человек не захотел больше ничего добавить и никто не рассматривал его историю серьезно. Никто, за исключением моего друга Осаки. Готовя материалы для программы, мы работали вместо больше месяца и вместе посетили лаборатории Иватсу. Именно Осаку ездил в Москву, куда я послал с голосовыми отпечатками для передачи их Андрею Иллешу, с которым Асахи ТВ хотело устроить обмен. Осаки был знаком с работой доктора Цубои и убедил людей из лабораторий Иватсу выполнить этот анализ. Он знал что KAL 007 упал в море неподалеку от Ниигаты. И он знал также, что история, рассказанная анонимным телезрителем, была вполне вероятной. Осаки приступил к расследованию и обнаружил компанию такси, в которой работали отставные военные. К сожалению, продвинуться дальше он не смог и тайна анонимного звонка осталась неразгаданной.

Тем не менее, мы знаем, что прежде чем KAL 007 был уничтожен, половина всех японских истребителей была перемещена в Читозе в качестве экстренней меры. Некоторые из них, без сомнения, находились в воздухе. В свете процедур JASDF вполне вероятно, что две пары истребителей могли быть направлены системой "Бадж" на перехват самолета, идущего к югу у западного побережья Хоккайдо и Хонсю. Японцы могли не суметь идентифицировать этот самолет как KAL 007. Вполне вероятно, что командование JASDF могло приказать своим перехватчикам уничтожить самолет.

Что из наших знаний может оказаться относящимся к делу? Шесть японских истребителей, севших в Читозе, взлетели с авиабазы Коматцу. Прямой путь из Коматцу в Читозе проходит над Ниигатой и контрольной точкой KADPO. Вооруженные истребители находились в том районе, где был уничтожен KAL 007. Мы также должны рассмотреть связь между средствами атаки и повреждениями, которые получил KAL 007. Кажется маловероятным, что ракета с тепловой боеголовкой могла попасть в хвост Боинга, двигатели которого размещены под крыльями. Ракета, наводящаяся радаром и выпущенная сзади могла попасть в хвост, но характер повреждений говорит об ином. Обломки нижней части хвоста, которые имели регистрационный номер авиалайнера были найдены полицией Хоккайдо на побережье Охотского моря и, в то же самое время, русскими – к югу от Невельска. Фотографии самого большого обломка, опубликованные в японской прессе, показывают, что его края выгнуты наружу. Это доказывает, что давление было приложено изнутри. Ракета, наводимая радаром, была она или нет оборудована дистанционным взрывателем, вызвала бы увеличение внешнего, а не внутреннего давления на эту часть хвоста.

 

Бомба?

Полковник Флетчер Праути, отставной офицер разведки ВВС США сказал, что США намеренно уничтожили KAL 007, приведя в действие предварительно установленное на его борту взрывное устройство. Он утверждает, что корейский авиалайнер никогда не сходил со своего курса, был взорван у тихоокеанского побережья Японии над Курильской глубоководной впадиной и сейчас покоится в одной из глубочайших впадин мирового океана. Вполне возможно, чтобы гражданский самолет мог быть уничтожен бомбой, приводимой в действие радиосигналом. Находясь на своем маршруте к югу от пролива Лаперуза KAL 007 постоянно находился в пределах дальности американских радиоустановок на Вакканае и в Мисава. Но полковник Праути ошибается, полагая, что самолет был взорван над Тихим океаном. Обломки и океанографические свидетельства, которые я обсуждал в главе 4 делают совершенно ясным, что самолет был уничтожен над Японским морем.

На этой стадии данных недостаточно, чтобы указать на наиболее вероятную причину гибели авиалайнера. Ставки слишком высоки, чтобы принимать какие-то окончательные решения на базе недостаточных свидетельств. Тем не менее, главная причина совершенно ясна. Если бы KAL 007 следовал по маршруту ROMEO-20 через остров Хонсю к Ниигате, нет никакого сомнения, что с ним не случилось бы того, что произошло на самом деле.

***

Публичное расследование не должно ограничиваться вопросом, как был уничтожен самолет. Столь же важно знать – почему? Многие аспекты поведения самолета требуют расследования для того, чтобы установить точно, принимал ли экипаж сознательное участие в плохо разработанной и окончившейся ужасной катастрофой провокационной миссии, которую США срежиссировали той ночью. Установив связь между двумя катастрофами, воздушной битвой над Сахалином и гибелью KAL 007, это публичное и тщательное расследование будет иметь преимущество, которого не было у меня – способность задавать под присягой вопросы тем людям, которые запланировали, утвердили, выполнили и скрывали эту разведывательную операцию...

© Мишель Брюн, 1995
© Перевод, Евгений Ковалев, 2000-2001

Назад Следующая


Реклама

промокод asos июль 2018